Вылов креветок в Азовском море вырос почти в 5 000 раз: как солёность меняет рыбный промысел
Азовское море переживает серьёзные изменения в структуре промысловых биоресурсов: стремительный рост солёности водоёма кардинально меняет видовой состав и объёмы вылова. Как следует из научной работы Елены Саенко, сотрудницы ростовского Южного филиала ВНИРО, за десятилетие (с 2015 по 2025 год) годовой вылов черноморской креветки увеличился с 0,1 до 481,5 тонны — то есть почти в 5 000 раз. При этом промысловые запасы креветки выросли в 27 раз и достигли 3 000 тонн, а рекомендованные объёмы вылова — в 19 раз, до 563 тонн. Сегодня этот вид вошёл в тройку главных объектов промысла в Азовском море.
Ключевым фактором таких перемен стал рост солёности акватории. Именно он создал благоприятные условия для вселенцев — видов, ранее не характерных для этого водоёма. В 2025 году совокупный объём вылова промысловых беспозвоночных достиг 3 500 тонн и превысил 30 % от общего объёма добычи биоресурсов в море. Промысел креветки охватывает всю прибрежную зону, включая Таманский залив, Утлюкский лиман и северный участок залива Сиваш; при этом наибольшие объёмы добычи зафиксированы в Запорожской области.
Ещё более заметным примером адаптации новых видов к меняющимся условиям стала рапана — этот моллюск фактически вышел на лидирующие позиции в промысле. С повышением солёности выше 14 промилле рапана сначала распространилась в южной части моря, а с 2020 года заняла всю акваторию, включая Керченский пролив. За период с 2016 по 2020 год промысловый запас моллюска увеличился с 1 500 до 20 000 тонн; в 2020–2025 годах он стабилизировался на уровне 23 000–26 000 тонн. Рекомендованные объёмы добычи составляют около 7 000 тонн в год, но фактически осваивается лишь 23–69 % этого лимита. Примечательно, что объёмы вылова рапаны уже превышают добычу таких традиционных объектов, как тюлька, пиленгас, камбала и бычок.
Помимо уже освоенных видов, в Азовском море есть и перспективные беспозвоночные, которые пока не стали объектом масштабного промысла. В первую очередь это скафарка и мидия. Скафарка (она же анадара) рассматривается как деликатесный продукт с высокой пищевой и промышленной ценностью. По словам Елены Саенко, этот моллюск — перспективное сырьё не только для производства продуктов питания, но и для создания биологически активных, кальциевых и минерально‑витаминных препаратов для медицины и сельского хозяйства. Впервые оценку популяции скафарки в Азовском море провели в августе 2025 года: общий запас оценили в 214 200 тонн, промысловый — в 144 400 тонн.
Мидия — ещё один вид с растущим потенциалом. Хотя специализированный промышленный промысел мидии в Азовском море пока не развит, любительский вылов уже существует. Данные учётных съёмок показывают, что численность и биомасса мидий увеличиваются: в ходе траловых исследований мидия встречалась на 43 % площади моря, наибольшая концентрация отмечена в центральной и северной частях. Промысловый запас мидии оценён в 3 000 тонн.
Прогнозы учёных указывают на то, что при сохранении текущих тенденций по солёности численность и биомасса новых промысловых видов будут оставаться на высоком уровне или даже расти. «При сохранении регистрируемого режима солёности с возможным незначительным её ростом следует ожидать поддержания на том же уровне численности и биомассы промысловых скоплений с тенденцией к росту», — отмечает Елена Саенко.
Для рыбохозяйственной отрасли такие изменения — одновременно вызов и возможность. С одной стороны, приходится адаптировать флот, снасти и логистику под новые виды и районы промысла. С другой — появляются дополнительные ресурсы, способные поддержать экономическую устойчивость прибрежных предприятий и расширить ассортимент продукции на внутреннем и внешнем рынках.
С точки зрения экологии, массовое распространение вселенцев требует постоянного мониторинга: важно следить за балансом экосистемы и не допускать чрезмерного давления на отдельные участки дна и кормовую базу. Учёные подчёркивают необходимость научно обоснованного регулирования вылова, чтобы освоение новых видов шло без ущерба для долгосрочной продуктивности Азовского моря.
Таким образом, трансформация промысловой структуры Азовского моря — это системный процесс, в котором гидрологические изменения напрямую определяют экономические и экологические перспективы региона. Дальнейшие исследования и гибкая система управления запасами помогут использовать открывающиеся возможности и минимизировать возможные риски для уникальной акватории.

