Кристофер Нолан, чья «Одиссея» собрала более 600 миллионов долларов в мировом прокате, неожиданно раскрыл свою творческую фобию. Режиссёр, известный сложными сюжетами и масштабными сценами, признался, что идея снять романтическую комедию повергает его в ужас: по его мнению, рассмешить зрителя куда сложнее, чем снять батальную сцену или фантастическую эпопею.

Кристофер Нолан, чей фильм — адаптация гомеровской «Одиссеи» — уже преодолел планку в 600 миллионов долларов кассовых сборов, поделился в эфире шоу Джимми Фэллона весьма неожиданным признанием. Несмотря на репутацию мастера масштабных, интеллектуально насыщенных картин, режиссёр испытывает настоящий страх перед одним из самых лёгких на первый взгляд жанров — романтической комедией.

Нолан искренне считает, что заставить зрителя смеяться — одна из самых трудных задач в киноискусстве. По его словам, это требует куда большей смелости, чем постановка зрелищных битв или конструирование сложных пространственно‑временных конструкций.

В разговоре с Фэллоном режиссёр подробно объяснил свою позицию: в серьёзном кино у автора всегда есть «пространство для манёвра». Если зритель не понял какой‑то момент, можно сослаться на сложность замысла. В комедии такой лазейки нет: если шутка не сработала, это очевидный провал, спрятаться за трактовками не получится. Именно эта беспощадность жанра и пугает Нолана.

«Я обожаю смотреть такие фильмы, но снять их самому — невероятно трудно. В комедии нет места для оправданий. Если в моём фильме зрители не отреагировали на какой‑то момент, я могу сказать: „Они просто не уловили суть“. Но если шутка не сработала в комедии — это провал, за которым не спрячешься. Поэтому я бы просто умер от страха, взявшись за такое», — откровенно признался режиссёр.

Любопытно, что это не единственное неожиданное жанровое признание Нолана за последнее время. Ранее он рассказывал, что во время работы над отдельными сценами «Одиссеи» у него возникало желание обратиться к эстетике фильмов ужасов — что лишь подчёркивает широту его творческих размышлений и одновременно чёткие границы собственных страхов в отношении отдельных направлений кино.